А худой, высокий лекарь спокойно и уверенно подсовывал Якубу свою кружку с настоем, но, видя, что юноша не собирается его пить, отставил сосуд и стал разжимать крепко сжатый рот Якуба. Он хотел насильно напоить юношу. Но, когда лекарю уже удалось немного разжать зубы больного, сосуд опрокинулся, и старик, разочарованный и разгневанный, молча удалился.

Ломая руки, Мухаммад обратился к своим соотечественникам, умоляя помочь ему в несчастье. Но что могли сделать эти люди, случайно очутившиеся здесь, в пустыне? Они могли только сочувственно вздыхать. И вдруг один из купцов закричал пискливым голосом:

– Обрати свои взоры к аллаху, Мухаммад! Твой сын побледнел и не дышит. Настал его последний час!

– Помилосердствуй, что ты говоришь, жестокий человек!.. Мой сын будет жить! Я найду врачевателя, я исцелю его!

Мухаммад бросился на колени и, прислушиваясь к слабому дыханию Якуба, шептал молитвы. Страх охватил его. То ли подействовали вопли купца, то ли Якубу на самом деле стало хуже, но Мухаммаду вдруг показалось, что сын его умирает. Склонив голову к ногам Якуба, он горько рыдал, потеряв надежду на спасение сына.

И в этот миг он услышал голос своего верного Абдуллы, который никогда не оставлял господина в беде.

– Аллах милостив! – кричал Абдулла. – Есть врачеватель! В караван-сарай прибыл ученый Абу-Райхан ал-Бируни. Он держит путь ко двору шаха Мамуна. Вот кто поможет твоему сыну! Он исцелит Якуба!

– Мы знаем искусного врачевателя ибн Сину, – сказал кто-то из купцов, – но разве ал-Бируни тоже врачеватель?

– Как же иначе? Зачем бы его сопровождали гонцы хорезмшаха? Зачем бы его призвали ко двору Мамуна? Посмотрел бы ты, с каким почтением обращается к нему важный чиновник из дворца! – воскликнул Абдулла. – Он втрое согнул спину, когда захотел сказать слово ученому. И разве не для того нужна наука, чтобы постичь дело врачевания?